Установленные в обществе правила, образцы ожидаемого поведения. Продолжаем детскую тему, или капитализм жесток

Установленные-в-обществе-правила-образцы-ожидаемого-поведения

Установленные-в-обществе-правила-образцы-ожидаемого-поведения

Продолжаем тему статистики как внутренней науки, или учёта качеств. Максимальную трудность в обществе со зрелыми, прочувствованными связями представляет способность получать. Каждый обособляется, стремится стать «более любящим» (У. Х. Оден). Говоря откровенно, получать суть больше отдавать, чем, собственно, отдавать, в то время как беспримесное «отдавать» не иначе как брать, а в плане социальных отношений приспосабливаться, «покоряться» с подлецой в подтексте реагирования. Закон (само)сохранения, а следовательно, поддержания былой интенсивности фундаментальнее закона самоактуализации, различения, десяти разногласий и, в общем-то, правилом отличия-от и является, только не на таком предсказуемом уровне, как различение в старой редакции. Такое положение вещей переворачивает постулаты теории игр, испоганенной теории относительности Эйнштейна, выставляя пристрастие к игрищам тем, что последнее собой и представляет, – тупым бунтом «во благо», избыточным коммунизмом, – и обращает к смитовскому (А. Смита): «каждый сам за себя, и так в одной связке». (Бегущей строкой: установленные в обществе правила, образцы ожидаемого поведения. Продолжаем детскую тему, или капитализм жесток.)

Понимание – скачок в новый ландшафт в досовском сознании. Пример того, что я зову пониманием: мы схожи, а потому прости-прощай. Эдакий Супер Марио или принц Персии, причём на всю иерархическую спираль. Да, всё верно: общество – холодный набор атомов, – и всё бы ничего, если конструктор функционирует, однако на то он и конструктор, что стоит на месте и нуждается в сборке, а может, в извлечении его из коробки сперва. Необходим толчок для очевидной всем и каждому цепной днкашной информационной реакции, крайняя нужда в видимой пирамиде-иерархии неповторимых организмов. В противном случае плановые бытие и понимание заглотят собственный хвост, и – алло! мамаша Энтропия на линии. Отдалённо напоминает теорию систем с потребностью последних в расширении и эволюции. Но это ложное, поверхностное впечатление. Нас ожидает общество неконкурирующих конкурентов, соперников, не замечающих друг друга, слепых противоборцев, идеей какового общества станет блоковская незнакомка понимание, информация ожившая, дурной сон искусственного интеллекта, ему снящийся: сон во сне? Нет, сон интеллекта искусственного, которому будто бы стремится уподобиться перебравшаяся из рабства информация. Это будет своеобразный каббалистический динамит нового времени. (Наше эссе рассматривает установленные в обществе правила, образцы ожидаемого поведения. Продолжаем детскую тему, или капитализм жесток.)

«Самое трудное получать», утверждаю я, а вот получать в привычном, равнодающем режиме мы не намерены. Мы начнём давать больше, ведь «насыщает-то» постэффект невозможного. Как, спросите, получать сверх того, на что натаскан сызмальства? Да 90 процентов кайфа невозможное, но только это не фантазирование, а долгожданное «повышение зарплаты». Как воспользоваться тем, что несёт нам возврат к первозданному капитализму и отказ от христианских, как принято их называть, ценностей? Прежде всего ограничить растекающийся по древу рынок, каковой и вызвал в самой сердцевине жизни – верно, бытия, – постсмитовский «переворот», а к жизни – губительную стратегию игр. Марксово «отчуждение» не должно провоцировать порыва с оным отчуждением бороться. Не забудем: только обособленные частицы в состоянии «светить» друг для друга; покуда не состоялись, мы снова и снова переживаем кошмарный сон детства. Ах, вы были, де, юны и свежи о ту пору? Да инфантильная кашица тех дней не оставляет и сегодня вас. Деменция рулит, причём на «промысловой» дистанционке. На дворе – жёсткий капитализм с «примочками» в виде нью-эйджевских розочек и прочей шизофрении, именуемой расплывшимся рынком. Вся эта «отвлекающая» или, точнее, притягивающая внимание чепуха приведена в действие пасующей смесью бескомпромиссного расширения рыночного придатка (не сам же рынок по себе) и атавистического млекопитания. (Напоминаю, мы рассматриваем установленные в обществе правила, образцы ожидаемого поведения. Продолжаем детскую тему, или капитализм жесток.) Потому так важно «быть серьёзным» и придерживаться сугубо научного, очищенного от фобий средневековья; по «странной», хотя и предсказуемой традиции средние века рисуют в диком психоаналитическом смысле. Ожидаемое общество – перебрасывание данными между лестницами и этажами; никакого заблуждения насчёт ценности индивида постольку, поскольку он есть. Понаблюдал бы я, насколько сократилось население социума в том обличии, каков он сегодня. Ничего гуманистического, сухая математика; структурное анти-ура(о)внение, когда знак «равно» посредине зачёркнут. Доселе же берут на испуг, и мы беспомощно немеем. И в заключение – об «обществе со зрелыми, прочувствованными связями». Речь шла об обществе дегенеративном. И «стремиться»-то по Одену стремятся, да только для того, чтоб отыграться за немоту дряхления, когда остаётся одно – развести руками и смириться.

 

Виктор Клочков
Другие статьи автора:

Самоубийство и атавизм души в Японии. Суровые нормы островного государства

Макроэкономика России, или на что спускают доходы налоговиков

Налог на роскошь с недвижимости. Как не превратиться из домовладельца в недоумённого огородника? Кто не должен платить налог на недвижимость?

Добавить комментарий

*

15 + 2 =